Две тысячи сто шестнадцать метров над уровнем совсем недалекого – километров двадцать по прямой – моря. Десятки автобусов – от двухэтажных шестидесятиместных громадин, протискивающихся по критским серпантинам только благодаря искусству местных водителей, до минивэнов, рассчитанных, по всей видимости, на привередливых вип-трекеров. Автобусы на стоянке не задерживаются – встречать своих туристов они будут в другом месте – и совсем не у выхода из ущелья, что было бы логично. У выхода – небольшой деревеньки Агиа Румели – дорог нет. Во всяком случае таких, по которым смог бы безопасно подъехать автобусный караван. Здесь туристы пересаживаются на паром – двухэтажную плавучую конструкцию с грузовой нижней палубой и пассажирской – верхней. Паром – штука демократичная, посадочных мест хватает не всем, но, кажется, никто не в обиде. Во-первых, ходит он один раз в сутки – альтернативы нет, а во-вторых, после прохождения ущелья, вопрос, как и на чем сидеть, на некоторое время теряет свое значение…
Самария – самое знаменитое критское туристическое ущелье.
Вторая половина дня. Мы возвращаемся пешком из Врсара, крохотного городка в полутора километрах от Коверсады. Солнце уже начинает садиться, и обычное июльское послеобеденное пекло, загоняющее под крышу не только местных жителей, но и туристов, постепенно сменяется бархатным южным вечером. 
Странное чувство – возвращаться в Прагу после долгого перерыва. Точно знаешь, что город, которому больше десяти веков, за пять лет не меняется. И все равно ждешь чуда. Не какого-то конкретного, просто иных ощущений. Ты стал немного другим, а значит все – даже знакомое и любимое – должно получить иной смысл. 
